Боцман





Сентябрь. Мы стоим у своей нефтяной платформы. Осень уже успела потрепать коротким штормом, побуянила и успокоилась. На вышке засуетились с "уличными" работами - для нас это close stand by - повышенная готовность в непосредственной близости от платформы...


Погода радует. Капитан - бывший шотландский "рыбак", имея возможность выбирать, отправляет к вышке трех матросов в закрытой и приспособленной для некоторого спартанского комфорта шлюпке. Доброта не его конек, и теперь, вместо беспокойной вахты, с постоянным отрабатыванием малых ходов в сотнях метрах от вышки, он, думая о своем, будет издалека поглядывать на, скачущий между волн, оранжевый поплавок нашего Daughter Craft.




Боцман, спустив DC на воду, долго провожает его взглядом. Выключает гидравлику, подходит к другому борту, смотрит вниз, на волну. Медленно обходит палубу. Словно стесняясь, что остался один, украдкой бросает взгляд на платформу, где между волн, маленькой точкой, в шлюпке болтается его верная палубная команда. Он находит себе какое-то занятие, к обеду матросы возвращаются, чтобы через час отправиться обратно. Вечером, перед ужином, боцман задолго надевает комбинезон, о чем-то курит у открытой двери на палубу, смотрит на рацию. Как техник Макарыч, ждет возвращения своего борта. Ребята возвращаются. Боцман улыбается уголками глаз, запускает гидравлику, с любовью смотрит на циркуляцию датеркрафта, вытягивает его на борт. Уставшие матросы вылезают на палубу. Никто не скажет ему: – Макарыч, принимай аппарат. Махнул не глядя! Он не поймет.
Боцман – шотландец. А жаль...