Бернаты



За горизонтом далекого леса зреет солнце. Остатки ночи на темной поверхности озера. Роса курится туманом. Капли на запотевших окнах машин, набухая, сползают вниз. Я спускаюсь к машине, стараясь не разбудить дом, тихо закрываю двери подъезда. В машине прохладно, но предвкушение поездки греет и влюбляет в застывшие поверхности передней панели. От поворота ключа они оживают мягким светом, двигатель сонно урчит, стеклоочистители смахивают белую пелену со стекла. Можно ехать...
Сколько раз в море я мечтал об этом доступном, нехитром для береговой жизни, действе – сесть в машину, выехать за город в утренней тишине, когда все еще спят, встретить наступающий день среди таких же одиноких отшельников - молчаливых деревьев, замшелых холмов и, шепчущего им тихим бризом, прибоя. На обрывистом берегу, у сосны, стоять, пока лучи солнца не найдут меня среди янтарных стволов. Уйти в чащу, по усыпанной иголками тропе, слушать звуки, просыпающегося леса...
Едешь, молча, не включая ни радио, ни привычной музыки, словно переносишься силою мысли, боясь спугнуть чуждыми звуками, осторожно выглядывающий из горизонта, рассвет. Наконец, за поворотом мокрого шоссе знакомая грунтовка, петляя, уходит к лесу. Сбрасываешь скорость, открываешь окна, слушаешь, отдающееся эхом, шуршание колес. Ветви деревьев склоняются, заглядывают в салон, оставляя аромат хвои. Ты улыбаешься старым знакомым, они узнают, расступаются, ты нажимаешь на газ и мчишься к морю...