port-alexandra3 (port_alexandra3) wrote,
port-alexandra3
port_alexandra3

Categories:

Часть 2. Оккупация Либавы. Восстановление порта и гавани в 1915 году

Здания порта, за малыми исключениями, были невредимы; внутреннее оборудование и машины в большинстве случаев были разрушены. Оба сухих дока были выведены из строя взрывом батопортов; плавучий док для миноносцев был взорван и находился в полузатопленном  состоянии. В одном из сараев было найдено некоторое количество мин, по-видимому – последние резервы защитников крепости. Они очень пригодились для производства подводных подрывных работ. Найденные принадлежности судового инвентаря, а также оружие, требовали основательного ремонта. Запасы металлических изделий и металлов еще не были определены.





Красиво расположенные в лесу и окруженные садами казармы и жилые дома военного городка являлись готовым помещением для германских войск. Хотя отсутствовала мебель, и многие окна были забиты досками, но отдельные здания, как например, собор и морское собрание, своим почти неповрежденным видом и внутренней отделкой являлись живыми свидетелями прошлого. По-видимому, при их постройке стоимость не имела значения. Главный купол собора, судя по всему, был использован и для военных целей: он был оборудован аппаратом Морзе и связан телефоном с другими важными пунктами.

Оживленное движение царило и в торговой гавани, откуда отправлялась добыча ценностью во много миллионов. Обозы частей армии колоннами доставляли имущество в гавань, где погрузка его на суда была делом флота. Ввиду того, что несколько сот людей, состоявших в распоряжении капитана порта, были заняты нарядами для других надобностей, погрузка производилась рабочей силой из местных жителей и из военнопленных.


Немецкие транспортные суда у причалов городского канала.

В городе флоту делать было нечего. Но для него было важно, что армия откровенно устраивалась для длительной оккупации. Был оборудован большой продовольственный склад, шли усиленные работы по восстановлению разрушенных железных дорог, а фабрика колючей проволоки уже была пущена в ход. С населением хорошо поладили, на заполненных людьми улицах города, часто слышалась немецкая речь. С другой стороны, русская, и в особенности латышская, часть населения относилась ко всему немецкому с глубокой ненавистью. Войск было очень немного, но командование считало, что их вполне достаточно.

Комендант крепости располагал только двумя батальонами запаса, двумя батальонами ландвера и тремя ландштурма, несколькими эскадронами кавалерии и двумя дюжинами орудий, расположенными на большом пространстве вокруг Либавы.


Осмотр немцами взорванных пороховых складов.

При осмотре Либавы 25 мая коммодор Карф удостоверился в успешном ходе погрузочных работ в коммерческой гавани и осмотрел совместно с губернатором военный городок; во время осмотра были урегулированы вопросы постройки телефонной сети для связи разбросанных служебных пунктов и вопросы связи и взаимной информации между кораблями и берегом. Большое впечатление производил размах, с которым был выстроен на плоском и открытом песчаном побережье «Порт императора Александра III». Неимоверных средств стоила России эта незамерзающая гавань, сданная теперь почти без сопротивления неприятелю. Хотя при этом и были приняты все меры для приведения ее в негодность, но уже теперь в гавани стоял корабль с десятидюймовыми орудиями, а вскоре к нему присоединились некоторые линейные корабли.


Крейсер "Augsburg" у причала Адмиралтейства.

В Данциге, как и в Киле, старались помочь восстановлению Либавы. Ежедневно капитан порта должен был доносить о ходе работ. Контр-адмирал Гопман в особенности заботился об улучшении береговой обороны; он предложил постановку минного заграждения у Стейнорта (Акменьрагс), и уже 11 мая ходатайствовал о постановке старых линейных кораблей в аванпорте в качестве плавучих батарей. Принц Генрих  со своей стороны согласился и ждал только открытия входа через средние ворота порта. Когда в Либаве были найдены данные промера, из которых было ясно, что в гавань могут входить корабли с осадкой 8 м, он обратился 22 мая к начальнику морского генерального штаба с всесторонне обоснованной просьбой перевести в Либаву линейные корабли «Brandenburg» и «Worth». Оба корабля состояли в V эскадре, с которой в феврале 1915 года была снята часть личного состава и которая числилась «дивизией готовности». Учитывая недостаток в личном составе, гросс-адмирал не хотел полностью укомплектовывать корабли, а для перевода их в Либаву считал достаточным  одного командира на оба корабля, одного флагманского артиллериста, полного количества прислуги для тяжелой артиллерии и дальномеров, для легкой артиллерии – половинное число прислуги, машинной команды – из того расчета, чтобы корабли в случае нужды могли бы под своими машинами дойти до Данцига.


Броненосец береговой обороны "Brandenburg" в Либаве.

4 июня принц Генрих  лично прибыл в Либаву. Он убедился не только в правильности сведений, что порт вполне удовлетворяет потребностям военных операций, но и удостоверился, что не было причин опасаться внезапной эвакуации. Губернатор выражал уверенность, подтвержденную впоследствии лично генерал-фельдмаршалом Гинденбургом, что Либаву будут удерживать. Ввиду этого из Данцига был выслан в Берлин первый офицер морского генерального штаба для осведомления центральных учреждений о создавшемся на месте положении и для возбуждения вновь вопроса об оборудовании в Либаве опорного пункта флота. Министр и начальник морского генерального штаба согласились на перевод в Либаву линейных кораблей типа «Бранденбург» в предположении, что морские станции Балтийского моря смогут выделить для них личный состав, а также на оборудование складов снабжения и на увеличение количества малых кораблей в Либаве.


Крейсер "Frankfurt" в аванпорту Либавы.


Окончательное очищение входов в гавань, фарватеров, идущих к порту с моря, и различных участков внутренней гавани, требовало многих недель, а может быть и месяцев работы. Капитан порта и его подчиненные неутомимо проводили восстановительные работы своими средствами и по мере возможности пользовались случайной рабочей силой.


Немецкие моряки у мины в аванпорту Либавы.

В аванпорте вспомогательные дивизион Свинемюнде, состоявший с 29 мая из 6 моторных катеров, достиг больших успехов в устранении обнаруженных подводных препятствий; так например, им была приподнята, отбуксирована через северные ворота и выведена за пределы фарватера баржа с опущенной на нее на глубине 8 м металлической рамой. В июле пришли два лоцмейстерских судна, которые произвели систематичный промер, определив предварительно  места навигационных сооружений. Параллельно с этим происходила замена легких буев, обозначавших границы протраленных фарватеров, более надежно поставленными на якорях бочками, лоцманскими баканами – освещаемыми и с колоколами, а также установка створных знаков на берегу. Были обучены лоцманы и издано руководство для плавания.

Самым важным было очищение северного входа. Затопленная поперек него землечерпалка была разломана рядом взрывов на мелкие части. Много работы доставила уборка бетонных массивов, затопленных там вместе с понтоном; постоянно находились новые, над которыми глубина была на несколько десятков сантиметров меньше назначенных 8 метров. В последние дни мая были подняты на поверхность несколько наполненных динамитом бочек, по-видимому, изображавших донные мины. После дальнейших поисков был обнаружен кабель, который шел вдоль северного мола к посту, оборудованному в кроне одного из деревьев; электрические батареи, включенные в эту цепь, были еще годны к употреблению. Возможно, что такое заграждение послужило причиной гибели миноносца V–107 8-го мая. Надежды на избыточную глубину входного фарватера не оправдались; недалеко от головы северного мола было обнаружено повышение дна протяжением в семь метров с таким твердым грунтом, что две работавшие там землечерпалки оказывались бессильными. Поэтому северный вход мог быть доведен до глубины 8 м лишь после значительной затраты времени.

Но еще до начала июня, когда это обстоятельство обнаружилось, капитан 1 ранга Кутшер начал работы по очищению среднего входа. После уборки мин, стоящих с наружной и внутренней  сторон входа, водолазами было установлено, что северная половина входа на ширине 70 м свободна от крупных топляков. Нужно было только поднять несколько дюжен бетонных массивов и взорвать паровую землеотводную шаланду. К работам было тотчас приступлено, причем для удаления с фарватера взорванных частей пользовались обыкновенной землечерпалкой. Работы продолжались до 24 июня, когда капитан порта смог донести, что вход свободен для броненосных крейсеров, но именно в этот момент возник ряд препятствий: один из портовых буксиров затонул после столкновения; на водолазной барже произошел взрыв, которым был убит один водолаз, и несколько человек было убито и тяжело ранено. Также волнение и зыбь препятствовали спуску водолазов и постановке землечерпалок на якоря. В такие дни рабочие группы перекочевывали в канал военного порта. Сначала была взорвана затопленная часть поворотного моста, затем – части миноносца и баржи. Затопленный при входе в канал плавучий док (60 м длины и 20 м ширины) и плавучий кран были подняты после откачки из них воды. Из затопленных малых заградителей четыре были подняты и использованы уже в конце мая в качестве портовых судов; подъем пятого потребовал больших усилий и до начала июля он все еще был под водой. В июне командиру подводной лодки U–4 с помощью нескольких водолазов подводной школы и вспомогательного дивизиона тральщиков удалось откачать и поднять русскую устаревшую подводную лодку «Сиг» (год спуска 1904, водоизмещение 135/170 т), затопленную еще во время мобилизации.


Тральщики и плавкран буксируют поднятую лодку "Сиг" в Ремонтный басейн по Военному каналу.

Другие рабочие партии подготовляли подъем затопленного в северном входе парохода «Willhelm Hemsoth», обследовали затопленный в среднем входе пароход «Dusseldorf», переоборудовали в минный блокшив  «Glinder», который стал после подрыва на мине непригодным для использования в качестве авиаматки, а также приготовляли русский пароход «Саратов» к тому, чтобы их в случае необходимости можно было бы отбуксировать и затопить во входах. Бывшее русское госпитальное судно «Балтика», служившее сначала плавучей казармой, было отпущено в Бремен, потому что выяснилась его принадлежность немецким владельцам. Кроме местных жителей, спасавших собственные суда, нейтральные страны возбудили через своих консулов или дипломатическим путем ходатайства о разрешении выхода принадлежавших им 10 пароходов и 2-х парусников. Разрешение было выдано с соблюдением определенных условий, затруднявших проникновение в Либаву неприятельских агентов. Эти суда вышли группами в конце июля и в начале августа к немалой радости капитана порта по случаю освобождения ими швартовых мест и гавани.

Происходивший под руководством губернатора вывоз ценных материалов еще долго был очень оживленным. Морское командование сначала довольствовалось ознакомлением с количеством и местом назначения вывозимых грузов по судовым документам. Но когда в начале июня  1915 г. приступили к съемке станков и механизмов из мастерских военного порта, контр-адмирал Гопман признал нужным усилить влияние флота в трофейной комиссии и потребовал оставления на месте в порту всего, что могло понадобиться в дальнейшем для обслуживания крейсеров и миноносцев. Ввиду того, что дальнейшего увеличения людей , подчиненных капитану порта, не предвиделось, а все наличные были и без того перегружены, пересмотр имущества и заботы о своевременном выделении годного к употреблению на месте было поручено командиру «Beowulf».


Германский флот у причалов в Военном канале порта имп. Александра III.

Возможно скорее нужно было оборудовать склады для снабжения кораблей и ремонтные мастерские, способные обслуживать разведывательные силы в Либаве. Для легких крейсеров и флотилий хватало имевшихся 4 пароходов угольщиков. Но когда в конце июня в гавань вошли и броненосные крейсера, добавление же двух пароходов встретило препятствия, – в помощь им были приданы баржи и были сделаны приготовления для завоза больших количеств угля в мешках на стенки гавани. Смазочные масла и другие расходные материалы подвозились на пароходах; питьевую воду и воду для мытья доставляли с берега при помощи имевшихся портовых судов; котельную воду, как и дизельное топливо для подводных лодок, доставляли из данцигского порта на наливных судах, регулярно пополнявших запасы.


Причал для бункеровки углем на южном берегу Военного канала.

От предполагавшегося ранее перевода в Либаву плавучей мастерской «Bosnia» затем отказались, так как появилась уверенность в возможности производить ремонт в мастерских на берегу. Кроме порта, к этому времени можно было рассчитывать на металлургический завод Беккера, уже полностью начавший работать. В продовольственном отношении помогла армия. Хотя свободная торговля на берегу прекратилась, но зато необходимые припасы подвозились по мере надобности из Германии. К концу июня база снабжения была полностью оборудована; флот получил собственный продовольственный склад, пекарню и бойню.


Построение немецкой части у Манежа в Порту имп. Александра III.

Берегова морская рота под командой Вейера постепенно выросла до 400 человек, не считая личного состава станции гидроавиации и тральщиков. Настоятельно требовались специалисты: водолазы, подрывные партии, команды буксиров, мастеровые, сигнальщики, пекари, мясники, наконец, полицейские, канцелярские служащие. Особенно трудно было найти унтер-офицеров для командования портовыми плавучими средствами и людей для замещения лоцманских вакансий. Мастерские были укомплектованы 1-ой строительной ротой. Ее личный состав разместился в оставленных русскими казармах. Приведение последних в порядок не представляло, однако, слишком больших трудностей; здания стали годными для жилья после исправления их собственными средствами флота.


Германские военные у казарм в Порту императора Александра III.

«Der Krieg zur See. 1914–1918». Herausgegeben vom Marine-Archiv. Verantwortlicher Leiter der Bearbeitung E.v.Mantey

«Der Krieg in der Ostsee». Zweiter band. Das Kriegsjahr 1915. Bearbeitet von Heinrich Rollman.Berlin 1929. Verlag von F.S.Mittler & Sohn.

Перевод с немецкого флагм. 2-го ранга Ю. Ралль. Государственное военное издательство наркомата обороны СССР. Москва – 1937г.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments